Психология раннего возраста

Share this.

Раннее детство охватывает возраст от 1 до 3-х лет.

После года начинается новый этап развития ребенка.

Ребенок приобретает некоторую самостоятельность, он становится биологически независимым. Начинает раз­рушаться ситуация неразрывного единства ребенка и взрос­лого — ситуация «Мы» (как назвал ее Л.С. Выготский). И следующий этап — психологическое отделение от матери — наступает уже в раннем детстве. Это связано с тем, что у ребенка не только возникают новые физические возмож­ности, но и интенсивно развиваются психические функ­ции, а к концу периода появляются первоначальные осно­вы (зачатки) самосознания.

С этого времени ребенок уже не беспомощное существо, он чрезвычайно активен в своих действиях и в стремлении к общению со взрослыми. Ребенок после 1 года начинает ходить. Это приобретение имеет такое большое значение, что иногда этот период называют «ходячее детство». На первых порах ходьба — это особая задача, связанная с сильными переживаниями, для решения которой необходима поддержка, участие и одобрение взрослых. Постепенно ходьба становится уверенной, увеличивается автономность ребенка от взрослых и складывается более свободное и самостоятельное общение с внешним миром. Расширяется круг доступных ребенку предметов, появляется ориентировка в пространстве и определенная самостоятельность. Основная потребность ребенка раннего возраста — познание окружающего мира через действия с предметами.

Овладе­ние ходьбой развивает возмож­ности ориентировки в простран­стве. Мышечное чувство стано­вится мерой отсчета расстоя­ния и пространственного рас­положения предмета. Прибли­жаясь к предмету, на который он смотрит, ребенок практичес­ки осваивает его направление и удаленность относительно исходного места.

Совершенствуются дви­гательные навыки, в частности развивается грубая и тон­кая моторика. А совершенствова­ние движений стимулирует появление инициативных дви­жений: ребенок начинает играть, строить, рисовать, а от­сюда и развитие творческих действий.

Динамика развития «грубой» и «тонкой» моторики

Возраст «Грубая» моторика «Тонкая» моторика
12-13 мес. Ходит самостоятельно. Заползает вверх по лест­нице. Неуклюже бросает предмет. Берет и бросает большие игрушки Чертит по бумаге цвет­ными мелками. Вставля­ет предмет в отверстие. Держит ложку, поднося ее ко рту. Сам надевает шапку и обувь.
15-18 мес. Ходит боком и задом на­перед. Взбирается и спус­кается по лестнице с по­мощью взрослых. Бро­сает мяч на 1-1,5 метра. Переворачивает страни­цы книги(по 2 3 страни­цы сразу).
18-21 мес. Сам поднимается и спус­кается по лестнице, дер­жась за перила, наступая на ступеньки одной и той же ногой, затем пристав­ляет другую. Выводит каракули, рос­черки.
21-24 мес. Пинает ногой большой мяч. Легко наклоняется, чтобы поднять предмет. Открывает дверь, пово­рачивая ручку. Нанизы­вает три и более бусинок. Переворачивает страни­цы книги по одной за раз.
24-30 мес. Недолго стоит и балан­сирует на одной ноге без посторонней помощи. Стоит на цыпочках. Че­редует ноги, поднимаясь и спускаясь по лестнице. Ездит на трехколесном велосипеде, крутя пе­дали. Держит пальцами мелок или карандаш: большой палец с одной стороны, остальные — с другой.

Социальная ситуация развития, характерная для раннего детства, может быть обозначена формулой: «ребенок — предмет — взрослый». Ребенку все хочется потрогать, повертеть в руках, он постоянно обращается к взрослому с просьбой, с требованием внимания, с предложением поиграть вместе. Разворачивается совершенно новая форма общения — ситуативно-деловое общение, которое представляет собой практическое, деловое сотрудничество по поводу действий с предметами и составляет основу взаимодействия ребенка со взрослым вплоть до 3 лет.

Теперь необходимо соучастие взрослого, одновременная практическая деятельность вместе с ним, выполнение одного и того же дела. В ходе такого сотрудничества ребенок одновременно получает и внимание взрослого, и его участие в действиях ребенка, и главное – новые, адекватные способы действия с предметами. Взрослый теперь не только дает ребенку в руки предметы, но вместе с предметом передает способ действия с ним. В таком деловом сотрудничестве общение перестает быть ведущей деятельностью, оно становится средством овладения общественными способами употребления предметов. Ребенком движет деловой мотив, стремление действовать с предметами, а взрослый выступает как условие этого действия, как образец для подражания. Общение со взрослым протекает как бы на фоне практического взаимодействия с предметами.

Характеристики полноценного общения ребенка раннего возраста со взрослыми:

— инициативность по отношению к старшему, стремление привлечь его внимание к своим действиям;
— предпочтение предметного сотрудничества со взрослым, настойчивое требование от взрослого соучастия в своих делах;
— доверчивость, открытость и эмоциональность отношения к взрослому, проявление к нему своей любви и охотный отклик на ласку;
— чувствительность к отношению взрослого, к его оценке и перестраивание своего поведения в зависимости от поведения взрослого, тонкое различение похвалы и порицания;
— активное использование речи во взаимодействии.

Качественные преобразования, которые претерпевает ребенок за первые 3 года, столь значительны, что некоторые психологи, размышляя о том, где же середина пути развития человека от момента рождения до зрелого возраста, относят ее к трем годам. Действительно, трехлетний ребенок владеет употреблением многих предметов обихода. Он способен к самообслуживанию, умеет вступать во взаимоотношения с окружающими людьми. Он общается со взрослыми и другими детьми при помощи речи, выполняет элементарные правила поведения.

На 3-м году малыш открывает для себя: «Я могу», что порождает и новые потребности и но­вую форму самосознания, что выражается в его желани­ях — «Я хочу!»

Ирина Базан

Литература:
В.С. Мухина «Детская психология»
Л.Ц. Кагермазова «Возрастная психология»
И.Ю. Кулагина «Возрастная психология. Полный жизненный цикл развития человека»
В.А. Аверин «Психология детей и подростков»

Как подчеркивал Д. Б. Эльконин, в конце первого года жизни социальная ситуация полной слитности ребенка со взрослым взрывается изнутри. В ней появляются двое: ребенок и взрослый. В этом суть кризиса первого года жизни. В этом возрасте ребенок приобретает некоторую степень самостоятельности: появляются первые слова, ребенок начинает ходить, развиваются действия с предметами. Однако диапазон возможностей ребенка еще очень ограничен.

Во — первых, речь носит автономный характер: слова ситуативны, они лишь сколки наших слов, слова многозначны, полисемантичны. К тому же в самой автономной речи содержится противоречие. Эта речь — средство общения, обращенная к другому, но она, как правило, пока еще лишена постоянных значений. Вовторых, почти в каждом действии, которое ребенок осуществлйет с тем или иным предметом, как бы присутствует взрослый человек. И, прежде всего, он присутствует путем конструирования предметов, с которым ребенок манипулирует. Как подчеркивал Д. Б. Эльконин, это явление исключительное, оно наблюдается только в конце младенческого возраста. В более старших возрастах оно не встречается. Ни на одном человеческом предмете, указывал Д. Б. Эльконин, не написан способ его употребления, общественный способ употребления предмета ребенку всегда надо раскрывать. Но поскольку младенцу его еще нельзя показать, приходится конструировать предметы, которые своими физическими свойствами определяют способ действия детей. Манипулируя с предметами, ориентируясь на их физические свойства, ребенок, однако, сам не может открыть общественно выработанных способов употребления предметов. Как разрешается это противоречие?

Новообразования, которые возникают к концу первого года жизни, с необходимостью вызывают построение новой социальной ситуации развития. Это ситуация совместной деятельности со взрослым человеком. Содержание этой совместной деятельности — усвоение общественно выработанных способов употребления предметов, которые ребенку открылись и затем стали его миром. Социальная ситуация развития в раннем возрасте такова: «ребенок — ПРЕДМЕТ — взрослый». В этом возрасте ребенок целиком поглощен предметом. К. Лоренц даже говорил о фетишизации предмета в раннем детстве. Это проявляется, например, в том, как ребенок садится на стульчик или возит за собой машину — ребенок все время смотрит на этот предмет. Правда, за предметом ребенок еще не видит взрослого человека, однако, без взрослого он не может овладеть человеческими способами употребления предметов. В этой ситуации ребенок как бы говорит: «Мы слиты, я без тебя ничего не могу сделать, но я прошу тебя: покажи, учи!»

Социальная ситуация совместной деятельности ребенка и взрослого содержит в себе противоречие. В этой ситуации способ действия с предметом, образец действия принадлежит взрослому, а ребенок в то же время должен выполнять индивидуальное действие. Это противоречие решается в новом типе деятельности, который рождается в период раннего возраста. Это предметная деятельность, направленная на усвоение общественно выработанных способов действия с предметами. Прежде всего, она предметная, потому что мотив деятельности заключается в самом предмете, в способе его употребления. Общение в этом возрасте становится формой организации предметной деятельности. Оно перестает быть деятельностью в собственном смысле слова, так как мотив перемещается от взрослого на общественный предмет. Общение выступает здесь как средство осуществления предметной деятельности, как орудие для овладения общественными способами употребления предметов. Несмотря на то, что общение перестает быть ведущей деятельностью в раннем возрасте, оно продолжает развиваться чрезвычайно интен — сивно и становится речевым. Общение, связанное предметными действиями, не может быть только эмоциональным. Оно должно стать опосредованным словом, имеющим предметную отнесенность.

По Д. Б. Эльконину, развитие ребенка в раннем детстве имплицитно содержит в себе распад этой ситуации. Совместное действие уже потому, что оно предметно, содержит в себе свою гибель. И.

Как же представляли себе процесс развития предметного действия раньше? До В. Келера этот процесс наблюдали и определяли, что именно ребенок может делать в 1 год 3 месяца, затем в 1 год 6 месяцев, фиксировали двигательную активность и разнообразные умения ребенка; располагали их в ряд, но не могли проникнуть в суть психологических механизмов, которые лежат за предметной активностью ребенка. После Келера в эту область вошел эксперимент. К. Бюлер и другие психологи (О. Липманн, X. Боген) изобрели ситуации, имитирующие те опыты, которые проводил Келер на животных. Было обнаружено, что в этих ситуациях маленький ребенок ведет себя подобно обезьяне, отсюда весь возраст был назван шимпанзеподобным. Как и обезьяна, малыш открывает орудийный способ употребления предмета. Интересно, что исследователи приписывали ребенку раннего возраста очень много открытий и изобретений. Так, например, В. Штерн считал, что ребенок открывает в полтора года символическую функцию речи, а К. Бюлер приписывал ребенку двух лет открытие флективной природы языка. Все эти описания открытий объясняются тем, что психологи изза уровня своих методологических посылок не могли заметить, что между ребенком и предметом что — то стоит и опосредует эти открытия. Как это ни странно, они не видели совместной деятельности ребенка и взрослого по отношению к предметам.

Как же происходит развитие этой совместной деятельности, ведущее в дальнейшем к ее разрушению? Анализируя этот процесс, Д. Б. Эльконин исходил из следующих четырех основных постулатов.

Ребенок сам, самостоятельно никогда не в состоянии открыть общественной сущности, общественной функции, общественного способа употребления предметов.

На вещи не написано, для чего она служит. Ее физические свойства не ориентируют предметное действие, которое должно быть с нею произведено.

Принципиальное отличие орудийной деятельности заключается в том, что действие с орудием должно быть подчинено объективной логике, «скрытой» в орудии. В противном случае с ним не может быть осуществлена та общественная функция, которая в нем заложена.

В орудии в снятом виде заключена цель, ради которой оно должно быть употреблено. Представления о цели, о конечном результате вначале не существуют как данные и ориентирующие действия ребенка. Они возникают только в результате осуществления самого предметного действия. Только после того, как ребенок выпьет из чашки воду, у него возникает цель — пить из чашки воду. Только после того, как ребенок научится использовать орудие, у него возникают цели, которые начинают ориентировать действия ребенка с предметами. Таким, образом, цель должна быть вычленена в результате действия в конкретной ситуации.

В совместном предметном действии ребенка и взрослого первоначально все слито. Сам способ ориентации действия, подобно цели, также дан нс в виде какого — то отвлеченного образца, а существует внутри действия ребенка со взрослым; лишь постепенное расчленение действия происходит в ходе развития. На основе предметного действия формируются все психические процессы, поэтому понять предметное действие — означает понять развитие.

В совместном предметном действии первоначально слиты его цель и предметная ориентация, исполнение и оценка. Каким же образом они расчленяются? Схема развития предметного действия представлена на табл. 9.

Д. Б. Эльконин рассматривал развитие предметного действия в раннем возрасте по двум основным направлениям. Это, вопервых, развитие действия от совместного со взрослым до самостоятельного исполнения и, вовторых, развитие средств и способов ориентации самого ребенка в условиях осуществления предметного действия.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector